Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет! - Франциска Вудворт

Намек на чужие несчастья охладил его гнев, вызвав интерес.

– Кто тебя там ждет? Любовник?

– Мне пятьдесят семь лет!

Я возмущенно вскинула голову, напомнив о своем возрасте. А то прозвучало так, словно я там своим телом торгую.

– Тогда кто?

– Никто.

– Врешь!

– Сын. Но он меня не ждет. У него своя жизнь.

– А муж?

– Мы давно развелись. У него другая семья.

– Ты была замужем?!

Поежилась от явного возмущения в голосе. Как будто я призналась в страшном преступлении. Взгляд темных глаз придавил не хуже гранитной плиты.

– Недолго. Мы разошлись, когда сын был еще маленьким.

– Нагуляла от другого?

– Да как вы смеете! – взбеленилась я.

– Тогда почему он не забрал своего ребенка?

– Чтоб вы знали, по законам нашей страны ребенок остается с матерью! А мужа я сама выгнала. Устала обеспечивать одна нашу семью и терпеть его пьянство и побои.

– Он тебя бил?

Странно, после всех реакций князя на мои слова, казалось, и колотушки должны его порадовать, но нет. В глазах зажегся мрачный огонь, но направлен он был не на меня.

– Это вас не касается.

– Отвечай! – опять рявкнул он.

– Да! После этого я его выгнала.

– И жила на средства любовников?

– Ну, знаете! – взбесилась я. – Нет! Работала с утра до ночи, чтобы обеспечить себя и сына. Довольны?

Князь откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на меня.

– Ты никогда не будешь любима… Ты будешь вон из кожи лезть, чтобы стать хоть кому-то нужной!.. Отныне твоя жизнь – мир иллюзий…

– Чего? – не разобрала я, что он там бормочет себе под нос.

От столь бесцеремонного изучения фактов моей жизни потряхивало.

Вместо ответа он забросал меня короткими вопросами:

– В твоем мире нет магии?

– Нет.

– У тебя не было влиятельного и богатого отца.

– Не было.

– Роскоши ты не знала.

– Не знала.

Сложив руки домиком перед собой, князь едва уловимо улыбнулся.

– И что вас так веселит? – рассерженно зыркнула я на него.

– Ты – Самира. Магия сработала.

И это еще на женскую логику жалуются?! Выверты мужской вообще за гранью разумного! От вывода князя я вначале впала в ступор, а потом не выдержала и вскочила с места.

– Я – Надежда Раевская! Слышите? На-деж-да!!! – даже по слогам повторила и потребовала: – Верните меня домой!

– А кому ты там нужна? – с наглым видом поинтересовались у меня.

Князь лениво поднялся, буквально перетекая из положения сидя, с грацией хищного животного перед атакой. И она последовала.

Словами он буквально хлестал, нанося глубокие раны:

– Там ты никому не нужная старуха. Мужа нет, поклонников нет, у сына своя жизнь. Прозябаешь в бедности, живешь на копейки…

– Откуда вы знаете?

– Я так хотел, – самодовольно заявил он. – Тело твое давно сморщенное и немощное. Я подумаю еще над твоей судьбой. Возможно, верну в стазис, и будешь дальше мучиться. А может, оставлю. Память верну. А может, и нет. Сейчас ты настолько жалкая, что это даже забавно.

– Вы сумасшедший, – поняла я.

– Я – твой самый страшный кошмар, – заявил князь и ушел порталом, растворившись в появившейся чернильной мгле.

И мне действительно стало жутко от понимания, что этот ненормальный для себя уже все решил. Записал меня Самирой и будет отыгрываться за все ее прегрешения. Я уже ни на йоту не сомневалась, что он сумасшедший. Только они способны факты, противоречащие их виденью мира, переиначивать, подгоняя под свою реальность.

Вот так и я теперь не Надежда, а Самира, которую он пожелал видеть бедной и никому не нужной. И вся моя жизнь на Земле просто его прихоть.

– А-а-а!!! – пронзительно завизжала я, выплескивая свой протест до хрипоты, пока горло не сжало спазмом от нехватки воздуха.

Это стало моим единственным проявлением эмоций. Истерики не дождется. Женщина, которая смогла выжить в перестройку, одна, с ребенком на руках, заламывать руки и рыдать не будет.

– Хрен ты меня сломишь!

Я свернула кукиш и показала вслед ушедшему князю. Не отправит он меня домой? Не страшно. Буду делать то, чему научилась лучше всего, – выживать.

Глава 4

Максимилиан арр Телларион

Меня раздирали противоречивые чувства. Магия и разум действовали друг против друга. Одна часть меня хотела утешить девушку, а вторая была довольна, что ритуал прошел именно так, как я когда-то желал. Это тяжело, когда сущность и рассудок воюют между собой. Я всегда знал, что однажды встречу свою пару и с ее приходом мир для меня навсегда изменится. Мы знаем, что так будет, думаем, что готовы к этому, а выходит, что становимся беспомощными перед реальным выбором пары.

Но я не мог представить, что моей парой станет та, которая будет меня бояться, бояться моих подданных, и будет готова на все, чтобы нас уничтожить.

И тот факт, что Самира напрочь забыла о себе прежней, ничего не менял. Я допрашивал и жрецов, и ее поклонников. Самира насквозь была отравлена словами жрецов Саранты, очарована благами, которые ей обещали за помощь в борьбе с темным злом.

Судя по ее словам, она не помнит ничего, что происходило с ней, пока длился стазис. Из них пятьдесят семь лет она провела как человек Надежда. Не маг. Будь она магом, то не считала была себя в таком возрасте старухой.

В ее душе не осталось ни единого места для меня. Ее память не сохранила ни мой образ, ни мои надежды… А теперь она считает себя Надеждой. Не моей. Горькая ирония судьбы.

Я, князь Багры, один из сильнейших на Отриалоне, и Самира должна была страшно радоваться, что ее жизнь станет куда длиннее обычного человеческого срока существования, радоваться могуществу, который давал статус моей жены, быть счастливой от того, к чему, в итоге, имела бы доступ, а она…

Оказывается, просто обрести пару мало, как и мало иметь высокое положение, еще необходимо везение. Похоже, мне не повезло…

Но одного я все же не мог понять. Почему древняя магия пробудила ее раньше срока? Почему это вообще произошло, если я не хотел?

Разозлившись на речи Самиры, я в очередной раз вспылил, поразившись разительной перемене в общении прежней девушки и только что очнувшейся. Почему она не была такой тогда? Почему демонстрировала лишь глупость и жадность? А сейчас даже открыто протестует и готова защищаться. Подносом, который так и не отдала служанкам! Будь он неладен! Как и моя разыгравшаяся злость. Я шагнул в портал, понимая, что мне нужно успокоиться и выпустить пар.

Дарион де Вите, высший вампир, мой советник и друг, встал из-за стола, приветствуя меня. Он ничуть